реклама на русском портале

internet-журналы русского портала: афиша кино бизнес политика экономика культура мнение интервью компьютер женский клуб путешествие welcome работа автоклуб internet-tv история фоторепортаж фотоклуб архитектура & дизайн недвижимость молодежь для детей арт галерея ресторан отель ярмарка web-дизайна клуб знакомств каталог компаний и организаций эстонии эксперт образование сделано в эстонии здоровье литература полезные ссылки: hansapank uhispank sampo krediidipank расписание городского транспорта


Русские вне России - генерал Юденич

На долгие годы они были вычеркнуты из истории страны, в которой им не нашлось места. Этот цикл о лидерах Белого Движения Гражданской Войны в России. Один из них - генерал Николай Юденич, любивший повторять: «Мы не монархисты и не республиканцы. Мы боремся за Родину».

Имя Николая Николаевича Юденича сегодня ассоциируется в основном с неудачным походом на Петроград. Главным виновником провала выступает, конечно, сам белый генерал. А ведь современники совсем по-другому отзывались о нем: «Носитель русской славы, не потерпевший ни одного поражения». Антигосударственный переворот, названный вскоре его устроителями Великой Октябрьской социалистической революцией, генерал не принял. Старая русская армия, службе в которой он отдал всю жизнь, по воле партии большевиков прекращала свое существование. В ноябре 1918 года Юденич эмигрировал в Финляндию. Там Николай Николаевич сошелся со свитским генералом, бароном Маннергеймом, одним из самых ярых противников советской власти, открыто называвшим Ленина изменником родины. Именно частые беседы с однокашником по Николаевской академии генерального штаба и привели Юденича к мысли начать открытую борьбу с большевизмом. Опорой известного и авторитетного полководца стали русские эмигранты, осевшие в Финляндии. 2,5 тысячи офицеров готовы были по первому приказу бывшего командующего кавказской армии выступить с оружием в руках против народных комиссаров. Для них, носивших в недалеком прошлом золотые погоны и гордившихся своими мундирами, было делом чести вступить в эту неравную, но священную борьбу, о которой так пронзительно писала Зинаида Гиппиус:

Тем зверьем, что зовутся «товарищи»,
Изничтожена наша земля.
Села наши - не села, пожарищи,
Опустели родные поля.

Плачут дети, томясь в испытании
И от голода еле дыша,
Неужель на такие страдания
Не откликнется наша душа?


В то время в Финляндии было почти 25 тысяч эмигрантов из России. Как называли их на родине - представители царской бюрократии, помещики и капиталисты, не признавшие большевистского переворота. Именно эти, по выражению Ленина кровопийцы, и образовали Русский политический комитет, своеобразное правительство в изгнании, как назвали бы его сегодня. Они и приняли решение об организации похода на Красный Петроград, чтобы оказать помощь Добровольческим армиям Деникина и Колчака. Для Северо-Западного Белого воинства требовался боевой, прославленный командующий. Кандидатуры лучше георгиевского кавалера генерала Юденича просто не существовало. Николай Николаевич согласился с предложением русского политического комитета без колебаний. Но он отлично понимал, что для победы над большевиками одного имени недостаточно. Требовалось объединение всех Белых армий. В январе 1919 года Юденич обратился к Колчаку с посланием, в котором признал адмирала Верховным правителем России. В письме так же содержался план военных действий на Северо-Западе страны. Колчак с радостью согласился на сотрудничество с видным деятелем старой русской армии. Он выслал миллион рублей на наиболее срочные нужды Белого войска. Еще 2 миллиона выделила русская эмиграция.


Имя Юденича было лучшей гарантией грядущей победы над большевизмом. Не случайно генерал Масловский с гордостью писал:

«Юденич обладал необычайным гражданским мужеством, хладнокровием в самые тяжелые минуты и решительностью. Он всегда находил в себе мужество принять нужное решение, беря на себя и всю ответственность за него. Обладал несокрушимой волей, и эта его воля в соединении со свойствами его ума и характера являли в нем истинные черты полководца».

Однако кандидатура Юденича устраивала далеко не всех. Представители Антанты недолюбливали Николая Николаевича. Одно время генерал слыл германофилом и на посту командующего Кавказским фронтом проявил неуступчивость к требованиям Временного правительства оказать помощь англичанам. Пока шли препирательства Юденича с союзниками, Северный корпус генерала Родзянко решил самостоятельно захватить Петроград. И потерпел поражение, что не удивительно. Слишком не равны были силы. Очередная неудача Белого воинства лишь ускорила приход к власти Юденича. 24 мая 1919 года адмирал Колчак настоял на вступлении Николая Николаевича в единоличное командование всеми русскими частями на Северо-Западе России. Красный Петроград получил в его лице серьезного противника.

Прежде чем начать вооруженную борьбу с большевизмом, Николай Николаевич не без помощи британских союзников приступил к формированию правительства. А между тем, процесс его создания больше напоминал политический фарс. Англичане требовали, чтобы Юденич немедленно признал независимость Эстонии. Для боевого генерала это было неприемлемо. Он неоднократно говорил, что борется за единую и неделимую Россию, и решать такие вопросы не уполномочен. В результате долгих консультаций, правительство сформировали только осенью 1919 года. Его состав утрясался при помощи английских союзников и доставил Юденичу немало хлопот, отвлекая его от вооруженной борьбы с большевиками. Кабинет министров получился неоднородным. В него входили и монархисты, и конституционные демократы, и военные. Весьма точно описал принцип работы правительства Юденича его бывший офицер Гессен:

«Царило несогласие, и все поделились на две группы, обвиняя друг друга в немецкой ориентации, что тогда считалось тяжким преступлением. Каждая из групп старалась приобрести влияние на Юденича, и генерал склонялся то на ту, то на другую сторону. Ближайшие советники Николая Николаевича постоянно менялись».

Выработать единую программу тоже не получилось. Во многом потому, что сам Юденич участия в работе правительства не принимал. В тот момент он сосредоточился на вооруженной борьбе с большевиками,- прежде всего - начал наводить порядок в подчиненных ему войсках Северно-Западной армии. Николай Николаевич собирался даже арестовать генерала Родзянко за бесчинства, творимые его офицерами на территории Псковской области. Но, на их защиту немедленно выступили эстонские власти и многие белые командиры, которые в результате смогли убедить правительство Юденича в нецелесообразности такого шага. Уже в эмиграции бывший доброволец Горн заключил: «Николай Николаевич, что называется, не вез, не тянул». С этой оценкой трудно не согласиться. Боевой генерал так и не понял, что победить большевизм одной лишь силой оружия невозможно. Как точно заметил кто-то из русских эмигрантов…«идею нельзя уничтожить, ее можно лишь заменить другой идеей». Но, Юденич, как и все белые вожди, стоял на других позициях. Об этой роковой ошибке писал и Николай Туроверов:

О, эти дни кровавых оргий,-
Ты для себя сам стал чужим.
Побед минутные восторги
Летели прочь, как легкий дым,

И был уверен ты заране –
Не властны в эти дни вожди,
И пламя буйное восстаний
Зальют осенние дожди.


Справедливости ради стоит сказать, что обвинять в крахе Белой борьбы на Северо-Западе одного Юденича не совсем верно. Во многом это произошло из-за противоречивых мнений союзников, с которыми все лидеры Белых армий пытались согласовывать свои действия. Взять хотя бы англичан. Стоявший во главе британского военного министерства Уинстон Черчилль был убежденным сторонником любой помощи Юденичу. А вот премьер-министра туманного Альбиона Ллойда Джорджа в тот момент больше заботили предстоящие выборы в парламент, чем союзнические обязательства перед Россией. Дошло до того, что Юденич запретил своим представителям за границей знакомить англичан с ходом закупок продовольствия и боеприпасов для Северо-Западной армии. Победить в таких условиях добровольцы не могли.

По воспоминаниям современников Николай Николаевич Юденич был прекрасным военачальником, доблестным и храбрым солдатом. Но, как справедливо отметил писатель Александр Куприн, чтобы стать вождем Белого движения на Северо-Западе России, нужны были не только полководческие качества, но и дар тонкого и дипломатичного политика. Правительство Юденича так и не выработало сколько-нибудь четкой линии в своей деятельности. Указов и постановлений издавалось великое множество, и зачастую они носили взаимоисключающий характер. Большинство распоряжений было адресовано крестьянам. Так, в одном из проектов аграрных решений стоял такой пункт: «Охранять от хищений коммуны, советские имения, питомники и хозяйства, которые могли бы впоследствии послужить общественным целям». Автора этого документа установить сейчас невозможно, но, судя по всему, это явно не Юденич.


Как свидетельствуют все те же современники, Николай Николаевич вообще весьма неохотно занимался правительственными делами. Главным он считал вооруженную борьбу с большевизмом, поэтому почти все его распоряжения касались только Северо-Западной армии. Армии, о которой с неподдельной любовью и пафосом писал один из эмигрантских поэтов Сергей Кречетов:

На бой святой, на бой кровавый,
Огнем победы крещены,
Встаете вы, повиты славой,
России верные сыны.

Пусть красный змей вздымает кольца,
Но в них не задохнуться вам,
Вперед без страха, добровольцы,
По большевистским головам!


28 сентября 1919 года армия генерала Юденича перешла в наступление на Петроград. После упорных боев удалось захватить Гатчину и Красное село. До бывшей столицы Российской империи оставалось всего 20 километров. Передовые отряды были на ближних подступах к Северной Пальмире – уже конные разъезды Добровольческой армии любовались золоченым куполом величественного Исаакиевского собора. Однако дальше и случилось то, что не могли даже спустя годы объяснить лидеры Белой гвардии,- отступление и фактически разгром.


Стоит подчеркнуть, что сам Юденич до конца своих дней хранил по этому поводу гробовое молчание. Да и что он мог сказать, если никаких вооруженных восстаний, никаких забастовок, на которые так рассчитывал Николай Николаевич, в Петербурге не произошло. Не мог знать тогда генерал, что по приказу Троцкого уже были расстреляны все, кто возглавил бы борьбу с Третьим Интернационалом в городе на Неве. Офицеров без суда ставили к стенке даже за малейшее подозрение в симпатиях к Юденичу. Поступать также в отношении большевиков Николай Николаевич категорически запрещал. Уже в эмиграции многие обвиняли его в излишней либеральности. Генерал Александр Родзянко с горечью отметил в своих воспоминаниях.

«Большевистская агитация росла и росла. Никаких серьезных мер против нее не принималось, и красные агенты обнаглели до того, что не только открыто показывались на улицах, но и спокойно завтракали и обедали в ресторанах. Настроение становилось все более нервным».

В довершение всего, в армии генерала Юденича стала падать воинская дисциплина, усилилось дезертирство. Некоторые полки порой по два дня оставались без хлеба, не хватало боеприпасов, не было автомобилей, и на вооружении состоял всего один танк. Сдержать в таких условиях наступление красных генерал не мог. Измученная беспрерывными боями, Добровольческая армия отступала. Командиры полков устроили совещание и попросили графа Палена передать Юденичу общее требование: уйти в отставку. Николай Николаевич не сопротивлялся. 1 декабря 1919 года он назначил нового главнокомандующего Северо-Западной армии – кавалера ордена Святой Анны генерала Глазенапа. Именно ему Юденич и передал все оставшиеся деньги на борьбу с большевизмом – 227 тысяч фунтов стерлингов. Бывший глава Белого правительства на Северо-Западе России вручил при свидетелях подписку об отсутствии у него других средств. Об этом в тот же день написали газеты. Как мне кажется, такой поступок лучше всего характеризует генерала Юденича. Георгиевский кавалер, он всегда дорожил своей честью. Чего, к сожалению, нельзя сказать о некоторых офицерах Северо-Западной армии.

Уже находясь в отставке, Николай Николаевич был арестован в Ревельской гостинице своими бывшими соратниками. За происходящим, кстати, молча наблюдали трое эстонских полицейских. Юденича хотели судить за провал наступления на Петроград. «Этот дряхлый старик не имел права брать на себя ответственность. Преступники те, кто выдвинул эту мумию на такой важный пост» - так отзывался о Николае Николаевиче его давний противник генерал Родзянко. Однако, уже через несколько дней Юденич был освобожден. Дальнейшая его судьба мало, чем отличалась от сотен тысяч русских эмигрантов, которые после гражданской войны лишились Родины. Генерал переселился в Англию. Известно, что он внимательно наблюдал за жизнью в советской России, изучая ежедневные газеты. Его жена, Александра Николаевна Юденич, в вышедших уже после смерти генерала мемуарах, писала:

«Будучи в Лондоне, Николай Николаевич считал себя туристом, и отказался встречаться с репортерами, что их очень огорчило. Единственный визит он нанес сэру Уинстону Черчиллю, единственному, кто старался помочь Белому делу и видел опасность коммунизма для всего мира. Однако, генерал не считал англичан своими союзниками, так как они были противниками восстановления России».

Лидеры Белой эмиграции настойчиво пытались привлечь Юденича к антисоветской деятельности. Но, Николай Николаевич всегда отвечал на такие предложения категорическим отказом. Чекисты, которые «курировали» за границей деятельность вождей Добровольческих армий, неизменно докладывали в Москву: «Бывший белый генерал от политической деятельности отошел».


Один из самых прославленных полководцев русской армии скончался 5 октября 1933 года во французском городе Канны, в возрасте 71 года. Во время похорон ему были отданы воинские почести боевыми соратниками, которые съехались со всей Европы проститься с главнокомандующим Северо-Западной армии.


Юденич любил повторять: «Профессионал обязан уметь проигрывать достойно». Именно поэтому и не стал участвовать Николай Николаевич в деятельности русских эмигрантских организаций. Предпочитал молча переживать гибель империи. Но, может быть, то, что чувствовал прославленный генерал, лучше всех передал Николай Туроверов:

Я видел смерть. Быть может, снова
Ее увижу; но клянусь –
От прародительского крова
Я никогда не откажусь
И не на что не променяю
Средь самых черных, страшных дней
Свою любовь к родному краю
И верность родине моей.


Вопреки советам друзей супруга генерала решила похоронить мужа не на русском кладбище в Ницце, а в крипте церкви Архангела Михаила в Каннах, где находился гроб Великого Князя Николая Николаевича. Но если городской совет согласился не взимать налог за нахождение в церкви гроба бывшего Главнокомандующего русской армии, то это исключение не распространялось на генерала Юденича. Ежемесячный взнос был довольно большим, деньги через некоторое время кончились, и управление города грозило перенести гроб в общую могилу на городском кладбище. Благодаря участию Русского общевоинского союза необходимые средства были собраны, и в 1957 году состоялось торжественное перенесение останков Николая Николаевича Юденича на русское кладбище в Ницце. По настоянию ветеранов Белого движения, церемония прошла 9 декабря, в праздник ордена Святого Георгия.

Радио "Маяк"

 

Рекламная служба

Русского Портала

Tel:

55 48810

E-mail:

info@veneportaal.ee

 


По всем вопросам сотрудничества обращаться по E-mail: info@veneportaal.ee или по тел: + 372 55 48810

Copyright © 2001-2007 Veneportaal.ee Inc. All rights reserved.