полезные ссылки: swedbank seb sampo nordea прогноз погоды русско-эстонский и эстонско-русский словарь расписание городского транспорта


internet-журналы русского портала:                vene portaali internet - ajakirjad:

афиша

автоклуб

бизнес

политика

экономика

эксперт

недвижимость

путешествие

для детей

фотоклуб

вышгород

культура

internet-tv

компьютер

образование

здоровье

коньяк24

история

женский клуб

night people

бесплатные объявления

каталог компаний

архитектура & дизайн

знакомства

свадьба

shopping

ресторан

отель

реклама

партнеры

 

Главы: В начало 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 Эпилог

8. Mo’s Cow

В баре было пусто, поэтому Сева сел за любимый столик в углу и заказал ужин. Клуб этот открыл некий мутный американец-экспат, которого и звали Мо. На самом деле его звали Моузес Винт и был он дёрганным и татуированным верзилой двухметрового роста. История его появления в Екатеринбурге была туманной, и разные рассказчики рассказывали её по-разному.

Говорили, что Мо изначально жил во Владивостоке, где у него был бар, который тоже назывался «Мо’s Cow». И с кем-то он там повздорил, что-то с его баром случилось и он переехал на Запад. По другой версии, более романтичной, но вполне реалистичной, в каком-то кабаке он познакомился с уральской девицей, которая танцевала стриптиз. И вроде как именно с ней он и приехал в Екатеринбург.

Как бы там ни было, но его заведение очень быстро стало популярным. Впрочем, конспирологически настроенные граждане подозревали в коммерческом успехе американца и самом факте его появления влияние гораздо более грозных сил, чем какая-то длинноногая девка. Мо подозревали в тесной связи с ЦРУ, хотя зачем ЦРУ понадобилась подобного вида резидентура в ситуации фактической подотчётности ему и МВД и КОК, было не совсем ясно. Как сказал как-то Севе его конфидент из КОКа, подполковник Михайлов, «в хорошем разведывательном хозяйстве лишних ушей не бывает». Кстати, на всякий случай он просил не вести в клубе антиамериканских разговоров во избежание проблем. «Цены опять поднялись», – грустно подумал Сева. Каждый новый чих из Москвы приводил к падению уральского франка, а в свете ситуации в Приволжье он должен был рухнуть совершенно. «Вот зря я вчера обменял доллары!», – подумал он – «Надо было менять сегодня…ну или завтра!».

…Обменял деньги он совершенно случайно, можно даже сказать – по-глупому. Обычно, он старался менять только необходимую сумму, справедливо опасаясь галопирующей инфляции. Вчера, по традиции, выпив в этом же самом «Mo’s Cow» положенное количества спиртного, Сева нетвёрдой походкой вышел из бара и принялся ловить такси. Пропустив несколько частников (посадка в частную машину в последние месяцы почти в ста процентах случаях оканчивалась ограблением и избиением), он, наконец, залез в тёплое нутро зеленого такси и заплетающимся языком назвал адрес. Таксист-китаец кивнул головой и заботливо включил телепанель, где шло бесконечное реалити-шоу «Геи против лесбиянок-3». Сева не был его фанатом и непроизвольно выразил свои эмоции гримасой. Таксист мгновенно оценил ситуацию и на панели замелькали какие-то китайские видеоклипы с неизменными толпами пляшущих китайчат. «Говорят, завтра доллар упадёт!», – вдруг сказал таксист равнодушным голосом. «Это с чего это?», – Сева очнулся от пьяного полузабытья и судорожно соображал, что такое могло случиться за несколько часов. «Ну как, вроде завтра американцы заявят о начале интервенции, доллар упадёт, а наш франк вырастет!», – убедительно продолжил таксист, и видя на лице пассажира недоверие, сослался на авторитетный источник: «Вот прямо перед вами вёз военного из генштаба, так он так и сказал: завтра, говорит, всё начнется!». Сева начал лихорадочно соображать, что следует делать в такой ситуации. «Мне-то что, у меня долларов нет, а вот у кого есть – ох, им бы срочно поменять!», – вздохнул таксист, пропуская на перекрестке пешеходов. «Где сейчас поменяешь-то?», – недоверчиво спросил Сева, пытаясь собрать пьяный мозг в дееспособный мыслительный орган. В другой бы ситуации, точнее, в более трезвом виде, он бы, конечно, сразу раскусил разводилово, но… Контрабандный китайский бренди сыграл злую шутку. «Так у менял, они же не в курсе! Вон, у бухарского посольства круглые сутки стоят…», – таксист продолжал разыгрывать равнодушие. Тут у Севы случилось окончательное помутнение, он, конечно же, велел ехать к бухарскому посольству и там, не выходя из машины, поменял хрустящие доллары на потёртые франки. «Хорошо, хоть деньги не фальшивые подсунули! Впрочем, это был бы серьёзный косяк, да и зачем рисковать? Итак объебали по-полной программе… К чему вообще эта маета с франками?», – раздражённо думал он, вертя в руках журнал «Удовольствия». «И таксист, гнида, явно профессионально разводит! Поймать бы его… Сдать в КОК…Надо, кстати, может завтра статейку написать про это… Мол, новый вид мошенничества… Вот во Владике не стали же заморачиваться, и правильно! Зачем печатать эти фантики, если можно просто признать хождение евро, доллара и йены! Ну ещё тенге, в конце-то концов. И ведь никаких проблем», – и Сева предался сладким воспоминанием о поездке во Владивосток.

…Владивосток, конечно, расцвёл. Столица авантюристов всего региона, самый свободный и весёлый город! Да что там, просто сказка. Во Владике явственнее всего чувствовалось, что это не чуть замаскированная Россия, а самая что ни есть независимая страна. На улицах надписи кириллицей, латиницей и иероглифами были представлены примерно в равных пропорциях, хотя латиница всё-таки преобладала, так как любая вывеска в любом случае дублировалась по-английски. Но главная фишка – правостороннее движение, с которого, собственно и началось отмежевание Дальнего Востока. Сказать честно, другие города ДВР производили менее благоприятное впечатление, но перелом был ощутим везде: обилие китайцев и корейцев, малайцы, филиппинцы и чёрте кто ещё. Владивосток полюбили экспаты, туда съехались и поселились любители анонимной свободы с половины мира: бордели всевозможных ориентаций, почти легальные наркопритоны, никаких ограничений на алкоголь и табак! В Находке и Хабаровске свобода была ещё более захватывающей, впрочем и жизнь там была опаснее и суровее. Веселее ночной была только финансовая жизнь столицы ДВР. Американцы и японцы смотрели на неё сквозь пальцы, но когда лопнул крупнейший частный банк ДВР – VDV Bank, все сразу засуетились и озаботились наведением мало-мальски приличного порядка. Сева бы и сам угорел с этим банком, но его заранее предупредили о проблемах знакомые, позвонили ему накануне краха и настойчиво порекомендовал закрыть счёт. Все эти мысли развлекли Севу и он даже стал весело насвистывать «Влади, Влади, нихао, рашен лэди», хит с последнего альбома мэтра дальневосточного шансона – Владика Ли.

Благостное настроение было прервано оживленной полемикой за соседним столиком, где разместилась группа мужчин в форме – один в форме уральской республиканской гвардии, двое – в форме армии Казахстана, с нашивками дивизии быстрого реагирования «Аблай-хан», составлявшей костяк экспедиционного корпуса генерала Бардамбаева. Сева поморщился и многозначительно посмотрел на стоявшего в отдалении метрдотеля Рому. Но тот только сочувственно закатил глаза: в последние недели людей в форме стало много во всех заведениях и высказывать им негостеприимство было категорически не рекомендовано полицией. Собственно в дискуссии участвовали гвардеец и один из «казахов», молодой парень с соломенными волосами и пронзительно синими глазами. Второй казахстанец, судя по видимым фрагментам лица (он лежал лицом на столешнице) был натуральным казахом, в дискуссии не участвовал, лишь изредка издавая какие-то звуки.

– Нет, ты мне скажи, братишка, как такое может быть, а? Ты ж, блядь, русский! Так какого хрена тут происходит-то, а? Вы чего, реально будете воевать?
– Подожди, подожди… - мордастый гвардеец сидел подпирая голову руками и тоже был нетрезв – Я уралец… Понял? Уралец я….
– Нет, кто ты по национальности, Серега, а? Татарин? Башкир? – нажимал белобрысый «казах».
¬– Подожди, Вась… Я ж на Урале живу? Значит я уралец. Понял? Уралец я.., - гвардеец задумчиво погладил по горлышку бутылку «Ельцинки», а потом, не спеша, начал разливать её в три стопки.
– Ага, а я тогда выходит казах, да? Казах я? – горячился Вася, – Это вот Ермек казах, а я – русский, хоть и живу в Казахстане, понятно?
– Ты… Да хер знает. Я, Вась, уже нихрена не понимаю… Русские – это русские. Казахи – это казахи. Уральцы – это уральцы. А ты русский казах! – и гвардеец радостно хлопнул ладонью по столу.
– Нет, Серёжа, нет… Вам тут всем мозги запудрили… Я, бля, охуеваю с вас! Мы там живём… Все годы переживаем, как она там, Матушка-Россия… Как вы тут… А вы тут уже и от нации своей открестились! Вы тут уже, блядь, уральцы! Это как так? Да мой отец бы сейчас от инфаркта помер, если б тебя услышал! Да вы не сопротивляться должны Пирогову! Вы должны ему навстречу бежать, понял? С хоругвями и крестным ходом! На коленях прощение просить у России за всё за это вот! – он нагнулся к собеседнику и зашептал, – Я с детства ждал, что Россия снова будет великой! С детства! Мой отец меня так воспитывал – что, мол, рано или поздно бардак кончится и вернётся всё на свой истинный путь. Русские танки, русские флаги… И что? И вот теперь наоборот? Позавчера читал в «Казахстанской правде», что по просьбе правительств ваших и в соответствии с этим сраным новосибирским соглашением Казахстан готов послать свои войска для подавления Москвы! Понимаешь? Да у нас там все националисты пересрались, что русские танки до Алматы доедут, а выходит всё наоборот! Абсурд!
– Ээээ… зачем вы тут ссоритесь? – вмешался в спор Ермек, с трудом поднимая голову со стола, – Вася, он что, не уважает нас, Казахстан не уважает, да?
– Себя он не уважает. Они тут, Ермек, совсем стыд потеряли… Козлы уральские…
– А вот за козла ты мне сейчас ответишь, чуркан! – и встав во весь рост гвардеец попытался ударить собеседника бутылкой по голове. В несколько мгновений завязалась безобразная драка.
– Суки! Предатели! Козлы! Ермек, мочи их! – громко вопил Вася, отчаянно вырываясь из рук набежавшей охраны. Ермек порывался помочь другу, но никак не мог подняться из-за стола. В это время бушующего гвардейца сосредоточенно оттаскивали в сторону подбежавший гардеробщик и метрдотель.

Сцена получилась безобразной, а пьяные вопли белобрысого казахстанца вогнали Севу в тоску. «Союзничек, блин!», – ругался он, ломая китайские зубочистки. «Много он понимает! Живут там, под казахами, ещё и учат нас! Сволочи все. Нас тут как баранов резать будут, а такие вот гады ещё и помогать им станут». Он снова вспомнил все эти бесконечные препирательства в сетях, все эти потоки ругани и обвинений, угроз и попыток аргументировать ненависть. «Конечно, он прав. Прав, потому что предатели мы и есть», – Сева вспомнил как умирающий дед шептал в полубреду: «Наши вот скоро вернуться. Вот увидеть бы… Как наши вернулись».

 

 

Главы: В начало 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 Эпилог

 

 

     
     
 

 
     

По всем вопросам сотрудничества обращаться по E-mail: info@veneportaal.ee или по тел: + 372 55 48810

Copyright © 2001-2009 Veneportaal.ee Inc. All rights reserved.