полезные ссылки: swedbank seb sampo nordea прогноз погоды русско-эстонский и эстонско-русский словарь расписание городского транспорта


internet-журналы русского портала:                vene portaali internet - ajakirjad:

афиша

автоклуб

бизнес

политика

экономика

эксперт

недвижимость

путешествие

для детей

фотоклуб

вышгород

культура

internet-tv

компьютер

образование

здоровье

коньяк24

история

женский клуб

night people

бесплатные объявления

каталог компаний

архитектура & дизайн

знакомства

свадьба

shopping

ресторан

отель

реклама

партнеры

 

 

 

Маршруты двуглавого орла на карте Эстонии

 

Борис Тух

Издательство «Александра» выпустило прекрасно оформленную (художник Игорь Балашов) и богато иллюстрированную книгу «Властители Российской Империи на Эстонской земле». Ее авторы – профессор-эмеритус Тартуского университета, ученый, в последнее время целиком посвятивший себя исследованию жизни русских в Эстонии на протяжении веков, Сергей Геннадиевич Исаков и тартуская же архивистка Татьяна Шор.

Тема «Русские в Эстонии» практически неисчерпаема и предлагает богатейший материал для исследователя. В очень разных аспектах. От первых появлений русских на этой земле до монографий о выдающихся деятелей русской культуры и науки (наука, надо оговориться, наднациональна!), живших в Эстонии.

Надо сказать, что по-настоящему этим предметом занимается только профессор Исаков. 

Остальное к науке имеет довольно косвенное отношение. Сезонные всхлипы о Северо-Западной армии (достаточно противоречивой и неоднозначной), очеркушки из жизни Игоря-Северянина, практически не затрагивающие главного – творчества, доморощенные попытки создать музей – все это только видимость, псевдоистория. 

Настоящий ученый живет с постоянным осознанием своей миссии. Именно поэтому диапазон научных интересов С.Г.Исакова чрезвычайно широк. От охватывающей необъятный материал труда «Путь длиною в тысячу лет. Русские в Эстонии. История культуры» до книг о творчестве русских писателей-эмигрантов в предвоенной Эстонской Республике. 

Новая книга повествует о визитах русских царей из династии Романовых в Эстонию на протяжении двухсот лет – от прорубившего окно в Европу Петра Великого до несчастного Николая Второго (в благополучное царствование которого был сооружен памятник «Русалке», как гласит надпись на нем; какая ирония судьбы!). Она интересна прежде всего тем, что через историю этих визитов – официальных и неофициальных – видны и личности императоров, и подробности жизни и быта различных сословий Эстляндской губернии, и межнациональные отношения (в разное время носившие разный характер, никогда не бывшие идиллическими, а все же лучшие, чем сейчас). 

Территория, на которой прорубалось окно

Самой ранней, яркой и самой беспокойной главой этих визитов стала эпоха Петра Великого. «Окно в Европу» прорубалось в Прибалтике. В книге приводятся слова Петра – будь Ревель и Рогервик (Палдиски) в его владениях в 1702 году, то он воздвиг бы столицу империи именно здесь. В самом деле – не поторопился бы нетерпеливый самодержец с Петербургом, на строительстве которого угробил – из лучших побуждений, конечно – много народу, история этой части Европы развивалась бы совсем иначе… (Правда, другие авторы считают, что Петр поставил бы столицу в Риге, так как тамошний порт был удобнее и практически не замерзал, но стоит ли зацикливаться на этой проблеме? История не имеет сослагательного наклонения!) 

Подробнейшая глава о посещениях Петром Эстонии включает в себя интересные факты и легенды (чем дальше от нас во времени, тем больше легенд нарастает на реальных исторических событиях – вот так ракушками обрастали когда-то бока и днища петровского флота). Совершенно справедливо, что в народных преданиях подчеркивается простота Петра, его благожелательное отношение к людям из народа, чувство юмора. Может быть, тем страницам, в которых повествуется о Северной войне, недостает откровенности, разносторонности: совершенно обойдены бедствия, которому принесла этому края война. В частности – печальная участь города Тарту.

Надо ли об этом писать? Думаю, что да. Хотя бы потому, что эстонские историки в последнее время рассматривают Северную войну исключительно как страшное несчастье эстонского народа (хотя, будем откровенны, его присутствие воюющими сторонами учитывалось в минимальной степени). Что лучше – уклоняться от ответа или откровенно признать: да, были ужасы войны, были просто варварские поступки, но невозможно подходить к событиям 300-летней давности с современными оценками? Если Пушкин не стеснялся признавать различие между гениальными долгосрочными «проектами» Петра и его сиюминутными указами, писанными кнутом, то мы тем более должны быть искренни!

Иногда характерное для популярной, адресованной широкому читателю, литературы стремление уходить от «специальных» подробностей ведет к неточностям. Не столь уж существенным, но знающий историю читатель поморщится. Скажем, о Гангутском морском сражении повествуется так: «В плен был взят командующий шведским флотом, добычей русских стало много шведских кораблей». «Много» - мало что говорит; можно взять источники, свидетельствующие, что захвачены были шесть галер, три шхербота и «прам» (парусно-гребной фрегат) «Элефант», на котором держал флаг шаутбенахт (контр-адмирал) Эреншельд. Именно его и взяли в плен. Командующим же шведским флотом был адмирал Ватранг. (Его корабли из-за безветрия не смогли принять участие в завершающей фазе боя.) 

Но в целом важен пронизывающий главу пафос созидания. Петр показан не только воином, но и рачительным хозяином, заботящемся об устроении вновь приобретенного края. 

Не менее интересны и страницы о визитах Екатерины Второй. В этих поездках проявляется очень важная черта характера императрицы: умение использовать свое личное обаяние в государственных целях. Если Петр покорял силой и волей, то Екатерина Вторая – дипломатичностью, умением найти путь к разумному компромиссу, учитывавшему интересы разных сторон. 

Девятнадцатый век

Здесь меньше легенд и намного больше подробностей, относящихся как к местным нравам и быту, так и к личностям русских императоров. Большинство читателей имеет о самодержцах весьма одностороннюю информацию. Александр Первый – кочующий деспот, властитель слабый и лукавый; Николай Первый – Николай Палкин, усмиритель восстания декабристов, реакционер; оба – солдафоны, любители фронта и муштры. А так как за этими характеристиками стоят Пушкин и Лев Толстой, то приходится принимать их безоговорочно.

На самом деле все сложнее. Оба брата были яркими личностями, оба по-своему заботились о государстве. Желали добра. Очень важно, что в книге подчеркивается: Александр многое сделал для просвещения края.

Занятно, что даже высшие слои местного общества были убеждены: император – существо особого порядка, имеющий мало общего с простыми смертными. Сейчас-то мы знаем, что и Александр, и (особенно) Николай были очень неприхотливы в быту. Современники – хотя бы светские дамы г.Аренсбурга (ныне Курессааре) не могли себе такого представить. Когда Александр на балу попросил стакан молока с черным хлебом, дамы решили, что негоже подавать императору такую простую пищу, и принесли ему стакан густых сливок и пирог – черствый, зато из самого Гамбурга! Согласитесь, что стакан холодного молока и ломоть душистого черного хлеба намного вкуснее! 

Точно так же – с желанием услужить, но не учитывая вкусы высокого гостя – императору стелили постель. Несколько перин, одна на другой, так что без лестницы взобраться на постель было невозможно. (Похоже на сказку про принцессу на горошине! Наверно из таких источников черпали свои представления о царствующих особах представители провинциального бомонда!). Александр велел положить на диван один матрац – и прекрасно выспался. 

Жаль только, что в книге не сказано, что именно заставило Александра срочно покинуть бал в Аренсбурге и отправиться на ночлег. Читаем: «Во время бала неожиданно прибыл фельдъегерь с донесениями из Парижа. Император тотчас оставил бал…» А причина-то интереснейшая! Бал происходил вечером 13 мая 1804 г. По старому стилю, разумеется. 

18 мая 1804 года по новому стилю 1-й консул Наполеон Бонапарт провозгласил себя императором. 13 мая по старому стилю в первой половине девятнадцатого века – это 24-го по новому. Путь из Парижа до Аренсбурга в то время у фельдъегеря занял бы 5-6 дней. Выходит, именно об этом получил известие Александр. Сообщение было настолько важным, что царь захотел остаться один, чтобы обдумать, какие последствия будет иметь это для Европы! 

Более поздние визиты царствующих особ – вплоть до последнего самодержца – говорят о постоянной «демократизации» ритуалов встречи с местным населением. Монарх общается с простым народом, в том числе с эстонцами. После того, как стали проводиться Певческие праздники, в церемониал стали включаться выступления эстонских хоров. Авторы прослеживают характерную для отношения русских царей к этому краю черту: деликатность. (Русификация, устроенная Александром III несколько выпадает из этой тенденции, но сказано в книге: это предмет особого разговора; остальные самодержцы стремились сохранять «особый балтийский порядок»). 

Вопрос без ответа

При Александре III и Николае II на эстонской земле прошло несколько встреч российских императоров с Вильгельмом II. Эти встречи обстоятельно и интересно описаны – по крайней мере, с внешней стороны. Суть дипломатических переговоров на высшем уровне, сказано в книге, до конца не известна. Между тем эти встречи имели огромное значение. 

Что «белая», что «красная» историография традиционно считают, что германские дипломатия стремилась отвлечь внимание русских от Европы, но русские дипломаты прекрасно осознавали, какую опасность для России представляет мощная в военном и экономическом отношении Германия. Эта же точка зрения принята и в книге.

Но в самое последнее время возникла и другая точка зрения. Германия представляла опасность в первую очередь для Франции. Более того, 44 года, с франко-прусской войны и до начала Первой мировой, приоритетным для Франции было возвращение потерянных тогда Эльзаса и Лотарингии.

Франция вкачивала в Россию деньги, надеясь получить за них пушечное мясо – российскую армию, которая своими действиями на Востоке сковала бы Германию и позволила Франции развить успех на Западе. Англия была заинтересована в России как в источнике сырья и нефти. И, разумеется, была готова воевать с Германией до последнего французского и русского солдата. Кстати, Германия почему-то надеялась, что Англия не мешается в ее разборки с Францией. Оттуда – шок, когда вмешалась. И лозунг Gott, strafe England!

Научно-техническое сотрудничество с Германией в начале ХХ века было для России выгодным. Россия получала от Германии новинки в области техники и технологии. Территориальных претензий державы друг к другу не имели. Формы правления были близки (конституционная монархия с рядом оговорок, повышавших роль монарха – в России, в частности, правительство назначалось императором и было ответственно перед ним, а не перед парламентом). Для России, только вступившей на путь модернизации, оптимальным вариантом был бы нейтралитет в мировой войне. Выиграть от войны она все равно ничего не могла. Британия никогда не позволила бы России завладеть Константинополем и проливами! 

Не воюя (и торгуя с обеими воюющими сторонами!), Россия могла стать сильнейшей державой Европы.

Более того – последствия оказались бы выгодны для всего мира. В России не случилась бы революция. Англия и Франция не навязали бы Германии унизительный Версальский мир, а без этого не возник бы национал-социализм! И весь ХХ век был бы иным. Меньше технического прогресса, но и намного меньше крови!

Однако история не имеет сослагательного наклонения.

Я привожу эти размышления только для того, чтобы показать: хорошо написанная книга, даже если она касается частных вопросов, заставляет думать над более широкими проблемами!

Разве это не похвала?

 



 


Русский Портал. Культура

Пришли свою статью на Русский Портал:  info@veneportaal.ee  






     
     
 

 
     
     
 

реклама на русском портале

 
     

По всем вопросам сотрудничества обращаться по E-mail: info@veneportaal.ee или по тел: + 372 55 48810

Copyright © 2001-2010 Veneportaal.ee Inc. All rights reserved.