Актеры Русского театра выражают протест руководству
Александр Кучмезов, актер:
«Людей гнобили... и догнобили...»
- В прессе фигурируют только пять фамилий актеров Русского театра, которыми подписано обращение к министру культуры Рейну Лангу. В этих пяти — и ваша... И вам теперь предложили подписать ролевой договор...
- Под письмом в министерство стояло 42 фамилии, из них 21 — это фамилии актеров. И оставшиеся 21 — другие работники театра. К письму прилагался вотум недоверия, который был составлен еще в мае. Эти 42 подписи стоят под вотумом, а те пять фамилий, которые обнародованы в прессе, стоят непосредственно под письмом в министерство, которое содержало и вотум недоверия с подписями. Почему-то остальные подписи в прессе не обнародовали.
Несчастный случай с Андреем Зубковым стал последней каплей, после чего люди просто перестали бояться говорить. Людей гнобили, гнобили и догнобили до такого момента, когда они, объединившись, позволили себе что-то сказать. По крайней мере коллективно, но каждый выразил свое личное мнение.
- Но в печати этого не видно. Это представлено так, что собрались опять несколько крикливых актеров, которым что-то там не нравится...
- О'кей! Я скажу. На прошлом собрании нас попросили ничего и никак не комментировать, чтобы не выносить сор из избы. И нам обещали, что тогда выполнят наши условия.
Сейчас на собрании во вторник присутствовал Совет театра: господин Журьяри, госпожа Валк, госпожа Янчек, господин Тух, госпожа Лапина.
- Есть ли связь между фамилиями, которые указаны в вотуме недоверия, и людьми, которые получили сейчас предложения о ролевых договорах?
- Прямая. Мне предложили ролевой договор, как и многим другим коллегам. Это означает, что я буду являться гостем, а не актером Русского театра. Договор я пока не подписал. И в августе я буду принимать решение - подписывать его или нет. Но в любом случае на основании ролевого договора я не буду актером Русского театра, а буду приходить туда в гости, играть те две или три роли, которые мне предложили сохранить, получать за это копейки. В лучшем случае — это 30 евро за один спектакль. А за месяц может и вообще не быть спектаклей. То есть от тебя уже абсолютно ничего не зависит.
При этом я не являюсь жителем Таллинна, мне придется приезжать из другого города, чтобы играть спектакль, и возвращаться обратно. Когда я спросил: «Вы мне предлагаете именно такое существование?» Мне сказали: «Да, именно такое».
Когда я спросил, по какой причине вы переводите меня в статус гостя театра, директор сказала, что сейчас это экономически целесообразнее. А госпожа Лапина, задумавшись, начала говорить о том, что ей очень тяжело сейчас со мной работать.
Я попросил более конкретного ответа, но не получил его. Делаю выводы, что такие условия мне предлагаются из личных побуждений, но не по профессиональным качествам.
Везде и всюду говорится, что если что-то будет не так, то театр закроют вообще. А давайте всем снимем зарплату на 15% на целый год, чтобы сохранить театр?! И все действительно поверили, что они спасают театр. Но в этот период, когда у всех была сокращена зарплата, простите меня, берется новый артист... Тогда я не понимаю, в чем катастрофичность положения театра?
Наталья Лапина и сейчас планирует привезти новых артистов из Петербурга, с которыми ей будет проще договариваться. Понятно, что с нами договориться сложнее, потому что мы умудряемся задавать ей вопросы по поводу профессиональных качеств. И на эти вопросы она не может иногда ответить.
Также от имени актеров я хотел бы обратиться с открытым вопросом к министру культуры Рейну Лангу:
Уважаемый господин министр! Скажите, пожалуйста, то, что театр, по сути дела, переходит в режим проектного театра, было заранее запланированной акцией или это вышло сейчас случайно?