Vene Portaal TV    Рестораны Эстонии    Отели Эстонии    Estonian Pages    European Photomodels    Konjak 24    Винный Клуб

     

              

internet-tv мнение эксперт путешествие недвижимость автоклуб история компьютер образование фотоклуб знакомства для детей

литературная эстония вышгород бесплатные объявления архитектура & дизайн каталог фирм и организаций эстонии ресторан отель



    

 

Главная Русского Портала >> / Все сказки Старого Таллинна >>

   

А глаза – голубые-голубые! Остальное – «желтая струя»...

 

Шарль Перов

 

Эта сказка хоть и грубая, но добрая, с качественным, ядреным концом.

У нас в Лесу живет Эхо. Кому нравится, кому нет. На всякий вкус. Кому одно, кому второе, а кому и Эхо-4. И так все звери и птицы все узнают. Называется: «Средство массовой информации». Не хухры-мухры.

Беда была в одном. Эхо ведь как – к делу не пришьешь. Не дослышал всю массовую информацию, да и пошла гулять губерния: тебе перескажет знакомый тетерев, а у самого со слухом сами знаете. Ему про Красную Шапочку, а он тебе про Волка-трансвестита, мол Бабушками любил наряжаться и сразу в постель... Искажение.

Или передадут рекламу про дорогую телегу «Альфу-Ромео», так и вовсе конфузы. Эхо-то гукает, от деревьев отражается. Ну и выходит, что у шекспировского Ромео была вовсе не Джульетта, а какая-то Альфа. Не девушка, а овчарка какая-то. Эху никто и не верил. Даже прогнозам погоды.

Или того хуже: под музычку идет клип, что, мол, жилье – дупло или нору, берлогу или гнездо надо страховать от пожара и ураганов. Так и говорят, да громко: «На опасность ты не плюй, а жилище застрахуй!!!»

И? Эхо, товарищи зайцы и дамы кобры! 

Бобер плывет и слышит над водой только последний слог последнего слова рекламы. Бревнышко из зубов – брык в воду, по плотинке бряк, сразу бедствие. Бобер же всерьез думает, что его ондатра откуда-то из камышей так вот и поименовала, он же простой.

Или царь зверей мудрствует, а в воздухе такое полуслово носится. Нехорошо, дети слышат, львята. Царёныши, а вот на тебе, сразу подхватывают. И даже начинают рисовать где попало. Гиены хохочут... Неприятно, согласитесь.

Царь зверей издает приказ: «Быть посему: чтобы слово было пришито и проверено, создать «Лесную газету», чтоб на бумаге, чтоб из песни ни слова не выкинуть, а если что соврут, так судить и осудить, да чтобы извинялся и из своих кормовых запасов обиженному отдавал кусище!»

Сами понимаете, царь. Указать-то можно. Лягушки в прудах и заводях расквакались: это кто ж такую важную синекуру возглавит? И кто такую четвертую власть получит? И какое жалование положат? 

Долго ли, коротко ли, но все-таки решился вопрос. Назначили Колобка.

Которые рекомендовали, так те сказали:

- Колобок ведь какой? Ты его за бока – а он без углов и противоречий. Куда пнешь – туда и покатится. Опять-таки: от Медведя ушел, оставив того с недостачей, от Волка ушел, когда волчьи девушки на лесном телевидении на его приставания нажаловались, из Лесного Оксфорда ушел, да хитро ушел, вроде как сам, хотя за постоянные катания мимо лекций эксматрикулировали, да и пишет теперь, что у него незаконченное, однако высшее образование все-таки имеется.

Лев говорит:

- Так он тогда выходит пройдоха же и выжига, и плут! Да всяк его сожрать норовит. И верить мало кто станет, куда хуже Эха получится.

- Ваше Величество, товарищ Лев, да и ладно, зато послушней станет.

- Но его ж Лиса вроде как того... Скушамши. И по сусекам он скребен, по амбарам метен... Там окурков и пыли сколько...

- Вот-с! – кричат те, кто рекомендует. – Именно! Жизнь, стало быть, повидал, теневые стороны знает, а насчет Лисы не волнуйтесь, он сквозь нее проскочил сверху донизу, а как выскочил на волюшку, так она его теперь разве станет есть? Помилуйте-с, вы бы стали?

Гиена из кустов задумчиво так:

- Можно попробовать....

На нее шикнули, она пятнистыми плечами пожала и в саванну ушла.

- Ладно, но с испытательным сроком, - в раздумье говорит Царь. – Но хотелось бы знать, отчего он такой лоснящийся весь. И глаза голубые. Дьявол забери, ставьте. Но чтоб уж «Лесная газета» была такой... – он лапой в воздухе водит, слово ищет.

- ...Актуальной, Ваше Величество!

- Да уж. И чтобы кто читал, так уж чтобы в нос шибало от новизны и остроты. Как перец! Как «чили»! Ну, и девиц можно... Но в купальниках!

- Сплетенки, новостишечки, скандальчики, бомондик... Туссэээ...

- А это еще что?

- Ну, такая желтая струя. Свежая, пряная. Французское словцо. Мол, бомондУ по душе туссээ.

- С этого места подробнее. Зачем нам желтая струя, тем более от Колобка. Кстати, а чего он такой синевой отдает? 

- Да это у него под кожицей мыслительный слой образовался. Впиталось сальце при испечении. Это у него заместо мозга. А что струя... Лесной народ у нас ведь какой? Жрут друг друга. Это раз. Всякий все по-своему видит – два. Кому туссээ в кайф, а кому и на голову.

Тут интеллигентный старый Филин и выдай:

- «На нас нисходит с высоты 
от вида птичьего полета 
то счастье сбывшейся мечты, 
то капля жидкого помета».

- Сам придумал? Может, ты станешь главным редактором «Лесной газеты», раз такой умный.

- Нет, не я. Игорь Губерман. А заместителем пойду. Я уже в годах. Мне припарки ни к чему. Да и клюв от очков чешется. И ухаю я. Как ухну! Мудер я, мне все эти струи ни к чему. Пометом могу, это будьте-нате. А ответ потом держать... увольте.

- Ладно. А то за голубым-то салом глаз да глаз нужен. Пусть народец набирает. Финансов много не дам, поставлю над ним смотрящего, Ящера говорящего. Пусть поглядывает, а то рук у Колобка нет, но подминает под себя все, как каток асфальтовый. Ч-черт, ну, раз родился начальником, так тому по жизни и катиться.

И забыл Лев про дела эти, потому что своих хватает. Главное, Эхо вроде как к бумаге пришпилили.

А Филин умахал к себе в дупло, и, когда все заснули, сел с Сычом и Совой на суку ближе к полнолунию и изрек из того же Губермана:

- «Мы умны, а вы — увы, 
что печально, если 
жопа выше головы,
если жопа в кресле».

Присутствующие промолчали. Они все были одной крови. И Филин, и Губерман и Сыч с Совой. Молчание – знак согласия.

А Колобка все хорошо знали. Далеко покатится. Если им только в футбол не начнут играть. Гонять по ограниченному пространству. То одним гол, то другим. Во все ворота будут...

И стал тут Колобок даже выше ростом. И начал набирать самых информированных животных. Мутантов. Порода – «журналист купированный». А так ты можешь хоть опарышем быть, хоть пипой бразильской пупырчатой, хоть ланью-брюнеткой, да даже и хорьком – и то пожалуйста. Главное, чтоб купировали, как хвост собаке, чувства жалости, правдивости, чести и прочих абсолютно ненужных вещей для мутанта.

Чтоб уж врал, так правдиво, уродовал, так красиво, чтобы желтя – чернил, а черня – желтил. Туссэээээ! Можно хоть овцой быть, но с зубами. И чтобы овца на «фас» реагировала, не хуже добермана Пинчера.

Быстро сказка сказывается, да долго дело делается.

Набрал сначала Колобок не абы кого. На качество позарился. 

Только у него проблемы со здоровьем начались. Сразу. Прав был Губерман с Филином: оказалось у него это самое выше головы в кресле-то.

Как кто что умное скажет, так Колобок Епифанович сразу:

- И хто тут главный?!

И сразу идею за свою выдает и к Ящеру несется докладывать о своем умственном внеочередном успехе. Тот хвостом шевельнет, по салу погладит, хотя сам все за перегородкой слышал, и пошлет главного дальше успехи делать.

И были такие работники у Колобка. В первый год.

Лань-брюнетка прибежала из другого лесного издания, «Овечкиных ведомостей». Там ей было скучно «мэ», да «мэ» сплошное. А Лани что надо? Овца же просто траву щиплет и блеет. А Лань должна грациозностью поражать, да серебряным копытцем цокать. Если кругом все блеют, небось не поцокаешь – тебя покоцают.

Уж чем ее Колобок Епифаныч улестил, то неведомо. Но стала Лань всякие жуткие истории рассказывать жителям Леса. То про приют бездомных кошек на Плоскогорье повествует, да с подробностями, так что даже строчки запах заброшенных животных издают и глазом чувствуются, слезы вышибают.

Лесные шалеют.

И тут нашла коса на камень. В Лесу один зверюга с иностранной фамилией Гамадрилло устроил конкурс красоты для ланей. В свете указаний Льва, что про девиц можно. Отобрал шесть с выгнутой спинкой, одел в купальники, всякие кунштюки научил делать – через веревочки скакать, стишки блеять, гузку оттопыривать, хвосты завивать и ходить четырьмя ногами от бедра. 

И наша Лань все же вышла среди молодых в шестерку красивейше-сильнейших, достойно ее замкнув. На блюде принеся успех Колобку, нарвалась наша красавица не непонимание.

- Как?! – возопил «Хто тут главный». – Без соизволения и без спросу ты смела крутить завитым хвостиком перед Гамадриллой и публикой? И не сказала мне – МНЕ?! 

И тут сучок мобильный как затрезвонит у Колобка. Это из еще одного издания звонят. С глубокомысленным названием «Ээээ..». 

- Эпифанытс, хотим публиковать расскасик твоей сурналистки-красависы у сепяя. 

Тут Колобок и сел. И стал поедом есть Лань за пустяки и по-тихому. Та не вынесла и ушла в глубокомысленное издание ровно через год, 

А еще через небольшое время все ушли. И пришлось набирать новых. Филин улетел сам, он жареного не любил, особенно своего мяса, а к тому шло. 

Ну-с, а потом вольная воля настала. И «Овечкины ведомости» волки съели, и прочие газетки позакрывались. «Лесная газета» на время стала аж лидером – первой среди одного еженедельника. Народу что, информация только одна, лопай, что дают, как Чехов А.П. писал в «Жалобной книге». 

Но вот Льву стало известно, что одного маленького мальчика злые купированные обидели. Вот ни за что. Сидел ребенок, а его пнули. На голубом глазу. И густо-желтой струей обдали. За кустик приняли и обмочили.

Нашлись добрые звери и подали в суд. И, как Лев и велел, по суду Колобок был порван в клочья. Сдулся малость.

Лев говорит:

- Fortuna non penis, руками не ухватишь, как того Колобка. Это уже не желтизна и не туссэ, это просто какой-то позор!

Ну и повелели Колобку собирать свои авторучки. Ты, говорят ему рекомендатели, побудь пока в теньке где-нибудь. Обустройся. Как в лесу перебои с кормом кончатся, мы тебя снова по специальности начальника устроим. Может, к Носорогу в «Недельку». Может, в муравейник маткой. Или в улей первым трутнем на пасеке. А пока еще сдуйся. Не мальчик виноват, сам не проконтролировал. 

А годы-то не те... И уж никак Колобку резвости не поймать. Лань звездой стала. Филин в Оксфорде сидит и очками шевелит. Все, кого обидел – живы и при деле. 

Желтая струя облетела весь лес, и пролилась Колобку на его сферу мелким дождичком. 

Но есть еще порох в пороховницах. Кризис душевный прошел, мысли о повешении улетучились. Стреляться расхотелось – дети смеяться станут: был Колобок, стал Бублик.

Лев сейчас думает, что ему с этой самой «Лесной газетой» делать. Закрывать жалко, потому что в соседнем – Южном лесу – такая же дает столько прибыли, что экономическое чудо какое-то. 

Только злое Эхо по лесу разносит: «Колобка на работу не принимать! ...мать! ...мать...».

Мораль, как сказал Филин, цитируя того же Губермана:

«Хотя и сладостен азарт 
по сразу двум идти дорогам, 
нельзя одной колодой карт 
играть и с дьяволом, и с Богом».

А так Колобок парень неплохой. Но он такой, когда ему – плохо. От ведь вывертень какой получается... А то когда другим было плохо, то ему почему-то хорошо было, как в сказке!


Русский Портал

Отправь свою сказку на Русский Портал:  info@veneportaal.ee

  










     
 

По всем вопросам сотрудничества обращаться по E-mail: info@veneportaal.ee или по тел: + 372 55 48810

Copyright © 2001-2010 Veneportaal.ee Inc. All rights reserved.