реклама на русском портале

internet-журналы русского портала: афиша кино бизнес политика экономика культура мнение интервью компьютер женский клуб путешествие welcome работа автоклуб internet-tv история фоторепортаж фотоклуб архитектура & дизайн недвижимость молодежь для детей арт галерея ресторан отель ярмарка web-дизайна клуб знакомств каталог компаний и организаций эстонии эксперт образование сделано в эстонии здоровье литература полезные ссылки: hansapank uhispank sampo krediidipank расписание городского транспорта


Президент Латвийской республики Валдис Затлерс: Я пожелаю, чтобы мы наслаждались этим будущим

Интервью Президента Латвии радиостанции "Эхо Москвы"

С. БУНТМАН: Ну что же, добрый день, добрый вечер всем, кто нас слушает в Москве, кто слушает нас в Латвии, в России, во всех местах, что позволяет Интернет. И я хочу представить нашим слушателям президента Латвийской республики Валдиса Затлерса, добрый день, господин президент.

В. ЗАТЛЕРС: Добрый день.

С. БУНТМАН: Сразу мы ответим (я думаю, что с вами совместно ответим) на один из частых вопросов, который появлялся в латвийском Интернете, зачем президент Латвии дает интервью по-русски и российскому СМИ? Я, со своей стороны, хотел вас поблагодарить, большая любезность нашим слушателям, так что мы сможем, наверное, больше сюжетов с вами обсудить, как бы вы ответили?

В. ЗАТЛЕРС: Я с юмором отвечу, какой-то немножко экзамен русского языка.

С. БУНТМАН: Это что, экзамен, экзамен не имеет практического значения, кроме того, что вы просто ответите на вопросы наших слушателей. Они сразу вас услышат, без перевода.

В. ЗАТЛЕРС: А если серьезно, то вы правы, это желание ответить на вопросы ваших слушателей.

С. БУНТМАН: Спасибо вам большое. Сразу я задам вопрос. На 5 сентября, такое важнейшее должно произойти событие в российско-латвийских отношениях, на первое же заседание ГД назначена ратификация договора о границе. Это очень серьезная вещь, потому что она подвергается сомнениям (этот договор) как в России, так и в Латвии. Как вы рассматриваете эту перспективу, наконец-то, будет закрыт пограничный вопрос?

В. ЗАТЛЕРС: Я думаю, что надо, во-первых, сказать, что Латвия свою работу уже сделала.

С. БУНТМАН: Ратифицировала?

В. ЗАТЛЕРС: Ратифицировала, и закон встал в силу 30 мая. Сейчас шаг за Россией, будем смотреть, Россия решит этот вопрос, и этот процесс пойдет дальше, потому что пограничный вопрос, т.е. чтобы была хорошая граница, это очень важно для обеих стран. Я посетил границу несколько дней назад, Латвия очень много сделала, идут дороги до границы, там стоит пограничный пост, а с российской стороны немножко заросшие дороги. Так что я думаю, что здесь очень много надо сделать обеим сторонам, чтобы развивались экономические связи, развивались торговые, и чтобы жители пограничных районов почувствовали пользу того, что есть у нас закон о границе.

С. БУНТМАН: С российской стороны, я читал, что принимается программа усовершенствования дорог, которые будут вести в Латвию, которые будут вести общие наши трансъевропейские дороги, что принято решение их модернизировать. Так что, наверное, тоже это будет важный шаг. Скажите, а правда, что там на одном участке границы, как я читал, граница шла, до урегулирования шла посередине железнодорожного полотна? Левый рельс был латвийский, правый был российский?

В. ЗАТЛЕРС: До сих пор эта ситуация есть такова, просто железная дорога там есть, паровозы ходят, так что это есть очень простая причина, почему должен быть договор о границе, чтобы граница могла функционировать, как положено границе между двумя государствами, и между ЕС и Россией, конечно. Это есть граница… как называется? Сухая граница.

С. БУНТМАН: Сухопутная, да.

В. ЗАТЛЕРС: Сухопутная граница между ЕС и Россией. Она не такая длинная, между прочим.

С. БУНТМАН: Господин президент, скажите, пожалуйста, договор о границе, он вызывает критику со стороны и части латвийского общества, и считают, например, что это большая уступка по сравнению с ситуацией, зафиксированной еще в 20-х гг., потом которая подвергалась различным переменам. Целый кусок, как считают некоторые депутаты, латвийской территории, уходит России, поэтому они подают в КС, тоже осенью намереваются решать, как вы рассматриваете эту проблему, насколько она важна для вас как президента?

В. ЗАТЛЕРС: Конечно, отдача своей территории, которая несколько процентов общей территории Латвии, это очень, очень серьезный поступок. Это и показывает, насколько серьезно Латвия в этот момент в XXI веке относится к вопросу о границе. Потому что, конечно, просто отдать свою территорию, как Россия не отдала Курильские острова Японии, это тоже сложный вопрос. Но то, что с нашей стороны есть это желание, посмотреть на историю жестко и трезво, подумать, что нам нужно сделать для будущего, я думаю, что это очень, очень большой шаг как в мышлении, так и политике Латвии.

С. БУНТМАН: Господин президент, очень много вопросов и из Латвии, и из России, которые относятся к существующему статусу не граждан. Валерий пишет: «Уважаемый господин президент, в 91 г. практически все русскоговорящие граждане Латвии поддержали ее при выходе из состава СССР в надежде на полноценное признание их как граждан в дальнейшем, и латвийские власти уверяли их, что все так именно и будет. Взамен получили статус не граждан и возможность натурализоваться», - слово Валерию тоже не нравится, он видит в нем унизительный характер некоторый. Как вы рассматриваете ситуацию сейчас, и как она может развиваться, на ваш взгляд, в будущем ближайшем?

В. ЗАТЛЕРС: Я тоже не люблю некоторые слова, как натурализация, я не люблю даже слово интеграция, я люблю слово сплочение общества, потому что они показывают какую-то зрелость в мышлении. А если смотреть на весь процесс натурализации, он так и называется, то опять Латвия из одних очень успешных примеров, которые были в той сложной ситуации, которую мы имели лет 15 назад, и к той ситуации, которую мы имеем сегодня, это большой, большой успех, потому что у нас не было больших проблем, ни этнических, ни общественных. И если посмотреть на натурализацию, например, тех, которые родились в прошлом году, там 96% граждан. Если мы посмотрим на общее число, конечно, 17% не граждан, одна треть их – старше 55 лет. Т.е. именно что Латвия пошла по этому добровольному пути, что люди добровольно выбирали гражданство. Латвия выиграла. Я думаю, что если этот процесс идет успешно, то не надо ему мешать, хорошее блюдо всегда можно испортить под конец.

С. БУНТМАН: Вы знаете, господин президент, тем не менее, правозащитные организации (латвийские тоже) порой называют форму правления в Латвии этнократией. Задают слушатели нам вопрос, много ли людей, т.е. не латышей, но граждан, в государственных органах, в системе государственной власти. Тут же приводят еще данные и замечания от европейских организаций, ОБСЕ, Совета Европы и ПАСЕ, насколько вы знакомы с этими претензиями, например, существует список нескольких десятков, если можно так сказать, разного положения, свидетельств разного положения граждан и не граждан?

В. ЗАТЛЕРС: Я думаю, что тоже надо смотреть спокойно и трезвыми глазами на это. Латвия и ЕС – это, конечно, одно целое, т.е. если говорим ЕС, это есть Латвия, говорим Латвия – это есть ЕС. А если посмотреть на историю именно европейских государств, то, конечно, Латвия и также Эстония, Литва, имеют очень плохое наследство. Т.е. реально была эта оккупация 50 лет Советским Союзом (не Россией, а Советским Союзом), которая имела какие-то последствия. И конечно, я думаю, что сейчас, если посмотреть на парламент Латвии, я вам задам другой вопрос, сколько там русскоговорящих? Их там много. Т.е. есть пропорциональность, какое-то представление общества, парламента, это тоже характерно для демократических государств, как я говорю, Латвия – это демократическое государство, у нас есть, например, один год действует такой правоохранитель – Омбудсмен.

С. БУНТМАН: Да.

В. ЗАТЛЕРС: И если там, например, за первое полугодие было около тысячи жалоб, то не было жалоб о свободе слова и о политических правах. Т.е. реально есть объективный показатель, что люди чувствуют себя здесь как в демократической стране. Это очень хороший показатель.

С. БУНТМАН: Еще одна вещь, которая с гражданскими свободами связана. Ставился вопрос неоднократно о возможности не граждан, проживающих давно на территории Латвии, в некоторых местах, участвовать в местных выборах, т.е. органах самоуправления. Как вы относитесь к этой проблеме, может ли она решиться?

В. ЗАТЛЕРС: Я думаю, что для государства, особенно такого маленького государства, как Латвия, очень важно, чтобы было большое число полноценных граждан. И если даже дать, не гражданам дать право на голосование в местных властях, то мы опять получим все-таки полуграждан. Права у них будут, но я думаю, что недовольство останется. Как показывает пример Эстонии, это не решает проблему по-большому. А если они будут поступать со своими заявлениями на полное гражданство, конечно, это очень хороший процесс. Мы видим от этого хороший результат. Я думаю, по этому пути нам надо идти и не завязать эту дискуссию, когда, я как говорил, осталось только 17% не граждан, и в основном, это люди уже пожилого возраста. Они имеют все другие права. Из-за этого такая практическая потребность, спешить им не надо, они чувствуют себя хорошо. Я думаю, что мы на правильном пути. Свободные выборы.

С. БУНТМАН: Господин президент, еще один, как раз в связи с пожилыми людьми. Задавали вопросы и в нашем, и в латвийском Интернете, т.е. в российском и латвийском Интернете, какова перспектива заключения социального договора с Россией, который существует у Латвии с другими странами и бывшими республиками Советского Союза, например, с независимой Украиной, об учете стажа, о пенсионном обеспечении, который бы облегчил этот вопрос?

В. ЗАТЛЕРС: Это один из тех вопросов, который нуждается в решении. Если мы посмотрим, что в данный момент есть около 20 разных документов, договоров, которые как будто подготовлены, но не заключены между Россией и Латвией, если будет потепление, которое намечается сейчас в отношениях, я думаю, что эти вопросы будут решаться быстро, может быть, в течение полугода, года. И будет успех.

С. БУНТМАН: Скажите, пожалуйста, здесь задали два вопроса, совершенно зеркальных. Вопрос первый был: «Назовите три шага, которые должна сделать Россия для улучшения российско-латвийских отношений». И в другом месте Интернета был задан вопрос: «Назовите три шага, которые должна сделать Латвия для улучшения». Здесь очень много таких вопросов: пять решений, три шага, просят так.

В. ЗАТЛЕРС: Эти самые трудные вопросы, я пойду этажом ниже, как будто, к обществу. Я думаю, что обществу обеих стран надо понимать общество другой страны. Т.е. на народном уровне. И надо понимать ту разницу, которую имеют два государства. Но, в основном, это не напрягать друг друга. Это надо понять, что русские в Латвии живут (здесь России), россияне должны понять, что русские в Латвии живут хорошо, что они довольны, что они живут в Латвии. И Латвия должна понять и почувствовать, что Россия хочет сотрудничать и хочет развивать экономические и культурные связи, но чтобы от старшего брата стала хоть средним братом.

С. БУНТМАН: Понятно.

В. ЗАТЛЕРС: Я думаю, чтобы лучше понимать друг друга, это надо просто немножко больше общаться. Как делегация, которая приехала из ГД в этом году, дала заявление, что в русских школах у нас хорошие возможности для учебы, что даже русские скоро могут позавидовать русским школам здесь в Латвии. Вот это есть хорошее заявление, что показывает, что надо жить дружно, никуда не спешить.

С. БУНТМАН: Скажите, пожалуйста, господин президент, у нас очень часто на почве истории есть противоречия и взаимные претензии. Говорят об оккупации, о двух оккупациях, о немецкой оккупации, о советской оккупации, есть музей очень интересный. Но у меня есть личное наблюдение. Жители Латвии, латыши служили и в Красной Армии, был легион немецкий, о его добровольности ведутся до сих пор споры, были партизаны, прокоммунистические, как их называют, национальные партизаны, т.е. все это – трагическая история второй мировой войны. Но у меня устойчивое впечатление, что при воспоминании об этом времени легионерам, как бы они ни были призваны или добровольно служили, уделяется большее внимание и большая симпатия со стороны власти Латвии.

В. ЗАТЛЕРС: Вы знаете, это вы очень правильно сказали. Это был период истории, который очень сложный. Я хочу сказать, что Латвия была жертвой этой ситуации, этой истории, т.е. она была как жертвой фашизма, так и жертвой коммунизма и сталинского режима. Чтобы эти раны зажили, это надо, как минимум, лет 80-100. Конечно, и потом они будут немножко ранами. Но я встречался с репрессированными сталинского режима, которые имели слет пару дней назад, они сказали, что они забыты, что государство о них не заботится так, как заботится, например, даже как Германия заботится о пострадавших в войне, и Россия заботится о своих ветеранах, а о нас все забыли. Т.е. всегда будет кто-то больше забыт, кто-то больше как будто доволен ситуацией или, например, больше освещаться прессой, потому что я думаю, что здесь и немножко пресса грешит, потому что им кажется, что это очень такой пикантный топик, о чем говорить, всегда будут уши, которые будут слушать. На самом деле, все, как я понимаю, это пострадавшие и жертвы той исторической ситуации, которая была, так сказать, с 35 до 49 года или даже до 55 года. Т.е. там не только пара лет, там надо историю смотреть, как два десятилетия, по минимуму.

С. БУНТМАН: Почему вы сказали с 35-го года, что вы имеете в виду?

В. ЗАТЛЕРС: Я думаю, что если посмотреть на историю там, все-таки в Европе появились диктатуры, в Европе появилась фашистская Германия, были сталинские репрессии 37 года, т.е. уйма таких, на наш взгляд, неприемлемых процессов в Европе. И конечно, кто пострадал в этих процессах, это народы Европы.

С. БУНТМАН: Скажите, пожалуйста, для вас в истории Латвии есть какой-нибудь наиболее период, который вас привлекает не как образец, как ориентир хотя бы для вас как для президента страны, политического устройства, социального? Какой период для вас? Есть ли такой период?

В. ЗАТЛЕРС: Я думаю, самый интересный и творческий период был, будем так сказать, с 90 по 2000 г., когда очень много менялось, как и мышление, так и отношение, так и экономика. Я думаю, в те времена делалась история в положительном смысле. Вряд ли такой период будет в ближайшем будущем.

С. БУНТМАН: Что сейчас, скучная рутинная работа? Тогда устанавливалось новое все-таки государство?

В. ЗАТЛЕРС: Вы понимаете, чем открытее становится общество, как экономически, так и политически, конечно, оно может быть более толерантным при решении разных вопросов. Все идет более медленно. В те годы шло очень быстро, т.е. обсуждений было меньше, задач было больше, жили мы хуже, но энтузиазма было больше.

С. БУНТМАН: Уже у вас ностальгия, а у вас еще целый, как минимум, один президентский срок перед вами. Скажите, пожалуйста, если вернуться не столько к гражданским правам, сколько к спорам о языке, потому что есть язык латышский, скажем так, грубо говоря, есть один язык, есть русский, тоже очень распространенный. Наши слушатели, совместные слушатели «Балтком Радио» и «Эха Москвы», приводят примеры, кто Бельгии, кто Финляндии, в которой существует шведский, финский, а скоро как региональный может быть русский. Как вы считаете, в перспективе может рассматриваться этот вопрос или будет один государственный язык в Латвии?

В. ЗАТЛЕРС: Я думаю, что язык будет один, это будет латышский. Но то, что, если поживете хоть неделю в Риге, то Рига – очень космополитический город. Вы услышите 5-6 языков разных. Опять, есть свобода пользования языком, это не проблема. Государственный язык будет один. Даже я был в гостях сейчас в Латгалии, это восточная сторона Латвии, где говорят на диалекте, там на диалекте говорили по радио, там на диалекте на концертах конферансье говорил. Т.е. надо различить две вещи, государственный язык и право пользоваться языком. Государственный язык один – латышский. Для Латышского государства, которое создалось в 18 году, в прошлом веке, конечно, это было одной из целей, сохранить свою культуру, сохранить язык, это не будет меняться никогда.

С. БУНТМАН: Кстати говоря, вы упомянули сейчас Латгалию, здесь у нас и в Интернете были вопросы, вопросы о культурной автономии, о придании латгальскому статуса не диалекта, а языка, доказательства того, что это такой же балтийский язык, как латышский, как литовский, как ливский, на котором несколько десятков человек говорят. Такой же язык, его надо сохранять, его надо как наследие, как культурное наследие всего народа Латвии.

В. ЗАТЛЕРС: Вы совершенно правы. У меня была дискуссия с президентской комиссией по языкам, они дали мне очень хорошую цитату. Какая разница между диалектом и…

С. БУНТМАН: И языком?

В. ЗАТЛЕРС: И языком. Язык – это диалект с армией и флотом. Я думаю, что такое хорошее сравнение, это есть ответ на все вопросы.

С. БУНТМАН: Понимаете, существует сейчас Латвия в Европе, как Европа сейчас борется за сохранение региональных языков, и есть много градаций, статусов. Я думаю, что Латвия будет участвовать в общеевропейских переговорах о сохранении культурного наследия, региональных языков, это очень большая кампания в Европе. Латвия готова к этой дискуссии, со своим наследием, с языками, с диалектами? Здесь же лингвистическая и культурная проблема будет очень важной.

В. ЗАТЛЕРС: Я думаю, что то, что я им рассказывал, что для Латвии это не проблема, т.е. всегда были намерения сохранять то, что есть, даже тех же ливов, которых там несколько сот человек. Конечно, сколько это будет продолжаться, никто не знает, но я думаю, что в Латгалии диалект будет сохраняться вовеки веков, потому что народ – патриот своего региона. Это нормально. Я думаю, что во многих вещах Латвию можно брать как пример.

С. БУНТМАН: Скажите, пожалуйста, но, вступив, например, в ЕС, Латвия столкнулась еще с такой проблемой, как отток умов, отток рабочей силы, наряду с легкостью путешествий, возможностью работать во всех странах ЕС для граждан, путешествовать даже и для не граждан. Отток рабочей силы, назывались цифры, я слышал такие цифры, которые меня поразили, 1 000 человек в неделю бывает.

В. ЗАТЛЕРС: Не думаю, что 1 000 в неделю.

С. БУНТМАН: Хорошо, не 1 000.

В. ЗАТЛЕРС: Может быть, одна неделя за всю историю такая была.

С. БУНТМАН: Скажем, не 1 000, но все равно отток, как вы думаете, как можно привлечь, как можно экономически, рабочие места или как еще, отток умов, отток рук?

В. ЗАТЛЕРС: Есть две задачи. Первая задача, если мы считаем, что в Ирландии есть самая большая колония латышей в данный момент…

С. БУНТМАН: Да, как ни парадоксально это звучит в истории, да – Ирландия, да.

В. ЗАТЛЕРС: В Ирландии. На это есть какие-то причины, конечно, их можно посмотреть, но, в основном, это умная политика Ирландии. И от Ирландии надо учиться, как возвращать своих людей, как привлечь других людей. И первое, что надо работать именно в Ирландии, чтобы эти люди, которые уехали – чисто это экономические, это не политические эмигранты, это экономические эмигранты в данный момент – чтобы они не забыли свою родину. Потому что любой человек хочет возвратиться в свою родину, это первое, чтобы они сохранили это чувство, что они принадлежат Латвии. А в Латвии здесь те, которые работают в Латвии, тем надо создать условия, чтобы им было приятно возвращаться, создать возможности.

С. БУНТМАН: Как это практически можно сделать, рассматривается ли это руководством Латвии в практическом смысле, а не как пожелание?

В. ЗАТЛЕРС: Я думаю, что, конечно, возможности президента здесь не так велики именно потому, что есть эта экономическая иммиграция, что вернуть можно их только экономическими способами, т.е. создать экономические условия, которые привлекут их обратно. Потому что как медицина – от чего заболел, от того лечишь.

С. БУНТМАН: Кстати, о медицине, очень многие спрашивают, намерены ли вы как профессионал, причем здесь врачи задают вопросы, даже нам прислали, я смотрю, туда, в Москву, прислали SMS-ку, от вас ждали и ждут, что вы займетесь как профессионал реформой здравоохранения. Тут же.

В. ЗАТЛЕРС: Я думаю, что я был профессиональным хирургом, очень профессиональным хирургом, а не организатором так много, так что, конечно, в моей карьере почти все изменилось. Но, так сказать, профессиональные навыки теряются самые последние с возрастом, так что, возможно, после окончания моего срока я вернусь в медицину. Может быть, не в хирургию, но чисто уже как теоретическую или не хирургическую медицину.

С. БУНТМАН: Интересно, всегда считают, что хирург – это человек решительный, который, став, например, политиком или организатором, будет применять хирургические методы. У нас спрашивают, нужны ли, на ваш взгляд, Латвии, международным отношениям Латвии, хирургические меры? Или в политике вы терапевт?

В. ЗАТЛЕРС: Анекдотов не будем рассказывать насчет терапевтов и хирургов, но факт тот, что врач имеет очень много таких качеств, которые есть с плюсом для политиков, т.е. принимать решение надо очень прагматично, потому что в ваших руках почти на каждой операции жизнь конкретного человека, ваша ответственность очень высокая. А второе – то, что вы заметили, если надо действовать быстро, то надо действовать быстро. Но надо действовать соответственно ситуации. Т.е. есть как будто две разные вещи, живут в одном человеке, т.е. прагматичность и ответственность, плюс решения делаются очень быстро, в тот момент, когда это нужно. Я думаю, что политике это нужно.

С. БУНТМАН: Для врача главная цель – спасение человеческой жизни, это возвращение здоровья, спасение человеческой жизни. Ваша главная цель в политике?

В. ЗАТЛЕРС: Та же, та же цель, просто, если так аллегорично сказать это, пациент – вся страна, как и написали журналисты, т.е. надо смотреть, выявлять эти проблемы, которые… потому что президент Латвии имеет такой статус, что он должен чувствовать народ, т.е. он должен обращаться с людьми, встречаться с ними, потом передать уже правительству пожелания, и обратная связь между народом и правительством, он может эту роль играть. Это и есть моя цель, потому что сам решить президент экономические проблемы не может. И он над партиями, над даже правительством стоящая фигура.

С. БУНТМАН: Над правительством? Потому что многие ждут от вас и сомневаются, решительных действий, если вы считаете, что надо решительно критиковать правительство, во всяком случае, откровенно критиковать правительство, критиковать ту коалицию, тех людей, которые за вас проголосовали, ждут, что вы это сможете сделать. Но высказывают и сомнения.

В. ЗАТЛЕРС: Я не высказыванию сомнений, я ясно сказал, что в нужный момент всегда буду действовать очень решительно, потому что там есть механизмы, что можно повлиять и на правительство, если президент считает нужным. Т.е. такая есть политическая структура Латвии, т.е. парламентарная республика, т.е. парламент имеет всю власть от народа, президент – это реально, который стабилизирует свое государство.

С. БУНТМАН: Стабилизирует, но не сам всем управляет?

В. ЗАТЛЕРС: Но не сам всем управляет, это было бы большой, большой ошибкой.

С. БУНТМАН: Это было бы ошибкой?

В. ЗАТЛЕРС: Это большая ошибка, если один человек сейчас в парламентской республике начал бы управлять. Он как будто надзор над надзором.

СЛУШАТЕЛЬ: Господину Затлерсу как доктору можно задать вопрос? Не является нарушением ли прав введение в Латвии платы за вызов «Скорой помощи», что ущемляет сотни, десятки тысяч малоимущих людей, которые от страха перед вызовом и платы за «Скорую помощь» умирают, не вызывая «Скорую помощь»? (НЕРАЗБОРЧИВО) понятно.

С. БУНТМАН: Понятно, понятен ваш вопрос. Спасибо большое. Я прошу только всех слушателей представляться, есть такая хорошая традиция. Да, пожалуйста, господин президент.

В. ЗАТЛЕРС: Очень конкретный вопрос, но я думаю, что…

С. БУНТМАН: Да, это вопрос жизненный.

В. ЗАТЛЕРС: Да, жизненный, потому что плата, насколько мне известно, только тогда, когда есть неоправданный вызов, так что не надо бояться, надо вызывать, если вы больны, это большая ошибка, если не вызываете «Скорую помощь», когда в этом нуждаетесь. Никто вас не будет заставлять платить деньги, если вам нужна «Скорая помощь».

С. БУНТМАН: Вы говорите и как врач, и как президент?

В. ЗАТЛЕРС: И как врач, и как президент.

С. БУНТМАН: Пожалуйста, еще звонок. Мы слушаем вас, алло.

СЛУШАТЕЛЬ ЕВГЕНИЙ: Господин президент сказал насчет права выбора. Вы знаете, когда я в 91 г. голосовал за независимость Латвии, я сделал свой выбор, но, тем не менее, гражданство мне не предоставили. Если бы, действительно, в заявительном порядке можно было получить это гражданство, я знаю сотни людей, которые не могут этот процесс из-за возраста или еще из-за каких-то других, о какой интеграции может идти речь? Я не могу понять этого. Я знаю сотни людей, которые… не сотни, но многих людей, которые прошли этот процесс, но остаются не лояльными к Латвии. Спасибо, до свидания.

С. БУНТМАН: Спасибо.

В. ЗАТЛЕРС: Конечно, надо разделить на две части ваш вопрос. Во-первых, я посмотрел тех, которые сдают экзамен на гражданство, с первой попытки 90%, т.е. просто надо не бояться этого процесса. 90% с первой попытки – это хороший показатель. Второй вопрос был?

С. БУНТМАН: Что многие, кто прошли, они…

В. ЗАТЛЕРС: Да, насчет лояльности. Вы понимаете…

С. БУНТМАН: Что такое лояльность?

В. ЗАТЛЕРС: Лояльность – ну это и есть лояльность. Т.е. гражданство и лояльность, т.е. преданность этой стране – это две разные вещи, могут быть не граждане, которые очень лояльны этой стране, могут быть граждане, которые не лояльны стране. Само гражданство не определяет лояльность стране.

С. БУНТМАН: Т.е. если мне не нравится конкретное руководство страны, я член оппозиции, но я гражданин, у меня такое видение своей страны, я лояльный или не лояльный, меня всегда этот вопрос занимал.

В. ЗАТЛЕРС: Если вам просто не нравится правительство, но нравится государство, тогда вы лояльны, потому что лояльность – не к конкретным правительствам, не к конкретным лицам, лояльность – это идее самой страны как таковой. И еще если резче сказать, что даже враг может быть гражданином.

С. БУНТМАН: Даже враг может быть гражданином?

В. ЗАТЛЕРС: Почему бы нет? Гражданин может стать врагом своей страны, в истории это описано, и много раз.

С. БУНТМАН: Понятно. Еще звонок, алло, добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ УЛДИС: Я хочу задать вопрос, сейчас на ремонт Вайры Вике-Фрейберги уходи 410 тыс. лат, это что, золотом покрыть трехкомнатную квартиру, как на это смотрит господин президент? И второй вопрос, когда был госпожа Вайра Вике-Фрейберги президентом, до его дачи присяги Фрейберга приехала в Бразилию, Францию и Швецию. Какой бюджет, это сделало утрату бюджету президентской канцелярии, сколько это стоило?

С. БУНТМАН: Понятно, понятны два вопроса. Два вопроса – ремонт квартиры и путешествия…

В. ЗАТЛЕРС: Их можно объединить в один вопрос, да? Конечно, что канцелярия президента имеет какой-то бюджет. Он составляется на год, утверждается, и конечно, по этому бюджету, так, как в старые времени, когда были бюджетные организации только, да и живет. Т.е. если в прошлом году определены средства для конкретных поездок или конкретных ремонтов, то там ничего изменить нельзя. Мы будем решать о бюджете следующего года.

С. БУНТМАН: Вы знаете, я бы несколько взял вопросов с SMS, вопросы из Москвы президенту Латвии. Интересна ли была бы (Сергей спрашивает из Москвы) для жителей Латвии работа в Калининградской свободной экономической зоне, а также взаимные инвестиции? Интересно, тоже проблема: создание рабочих мест, взаимоотношения между Латвией и Россией.

В. ЗАТЛЕРС: Очень трудно ответить. Просто когда здесь такая акция, посольство России, возвращение на родину, на Россию, то те люди вернулись в Калининградскую область. Это в этом году, когда была такая акция. Очень трудно сказать, потому что мы живем довольно раздельно, т.е. мы не знаем, какая жизнь в Калининградской области; и какое ее будущее, очень трудно сказать. Это вопрос даже для президента очень трудный вопрос.

С. БУНТМАН: Но этот вопрос требует изучения так же, как и все взаимоотношения, например, взаимоотношения, балтийские портовые взаимоотношения, что и между балтийскими странами, Россия – ведь тоже балтийская страна, кстати говоря.

В. ЗАТЛЕРС: Да.

С. БУНТМАН: Тоже выходит к Балтийскому морю.

В. ЗАТЛЕРС: Да, и на Совете балтийских стран представлена, так что…

С. БУНТМАН: Как вы представляете себе вопросы транзита, вопросы портов, насколько они вас интересуют и входят в сферу ваших непосредственных забот? Плюс проблема, конечно, доставки энергоносителей, нефти, газа, в обход континента, вы попали сейчас в этот круг проблем экономических, Россия и Европа, и Россия и Латвия.

В. ЗАТЛЕРС: Вы совершенно правы. Мне не давали ни 100 дней, ни 10 дней, мне уже три дня после инаугурации надо было ответить, уже как в Эстонии, так и Литве, но все это вопросы энергетики: независимость энергетики, будущее энергетики, что был энергетический кризис. Эти вопросы будут вопросами номер один, я думаю, в ближайшие годы на уровне всех государственных структур, как в Латвии, так и в ЕС, так даже и в России. Потому что эта глобализация, которая у нас сейчас имеется, потребность в энергии растет с каждым годом. Хорошо, мы решили экономить энергию. Даже есть предложение, что можно даже как-то регулировать налогами, что тратили меньше энергии, т.е. это…

С. БУНТМАН: Энергосбережение, да.

В. ЗАТЛЕРС: Да-да, потому что есть такие глобальные решения, как экономить, как не давать согреться нашему миру и перегреться, не дай бог. Но факт тот, что никто не имеет ясного ответа о единственном правильном пути. И как мы знаем, видите, даже Россия и Канада, которые есть, и которые очень много экспортируют энергоносителей, даже уже пошел первый такой миниспор насчет Северного Полюса.

С. БУНТМАН: Да, да.

В. ЗАТЛЕРС: Т.е. в будущем нам на этой почве будет очень много задач, я не буду говорить – проблем, а задач, потому что их надо решать, их надо угадать вперед, прогнозы давать. И не тратить большие деньги, чтобы не делать такие проекты дорогие, которые потом не окупались, потом оказалось, что другой проект дешевле. И нам как маленькой стране это стопроцентно важно, но я думаю, что это России, как большой стране, тоже важно. Потому что все эти инвестиции, они миллионные, миллиардные.

С. БУНТМАН: Миллиардные даже, да.

В. ЗАТЛЕРС: Миллиардные. И на этой почве надо и сотрудничать. Есть потребители, есть поставщики. Надо думать, чтобы мы дружно жили.

С. БУНТМАН: Скажите, пожалуйста, господин президент, было много разговоров о возможности и реальности вашего визита в Москву. В реальности как ситуация обстоит? У вас была встреча с послом Калюжным, шел разговор о вашем визите в Москву, но потом сказали – нет-нет, не было никакого официального приглашения, вообще что это такое, когда президента независимой страны посол самостоятельно приглашает. По-моему, здесь какое-то недоразумение, у меня такое ощущение?

В. ЗАТЛЕРС: Я думаю, что, конечно, это была первая встреча с послом России Калюжным, с его стороны это, конечно, был жест доброй воли: он сказал, что, конечно, Россия ждет вас в гости. Это есть хороший признак. Мы просто ждем официального приглашения, как это в дипломатических каналах делается, да, и будем продвигаться вперед.

С. БУНТМАН: Когда в последний раз были в Москве, господин президент?

В. ЗАТЛЕРС: В мае этого года.

С. БУНТМАН: В мае этого года? Ага! А до этого когда были? Просто я хотел узнать, какой у вас перерыв.

В. ЗАТЛЕРС: Перерыв, 92 год и 2007 год, т.е. 15 лет был перерыв.

С. БУНТМАН: 15 лет, какие ощущения?

В. ЗАТЛЕРС: Во-первых, ощущение, что я, наконец-то, посмотрел с интересом Кремль, я мог зайти во все церкви, медленно продвигаться, наслаждаться той культурой, которая там есть. Это, конечно, было большим, большим шагом вперед. Для меня это были самые такие, самые интересные часы, которые я провел в Москве. И это было самое главное, потому что я участвовал в научной конференции, так что должен был читать лекции. Это было в Сокольниках. Так что походил по Сокольникам, это было воскресенье, так что был народ. Это было интересно и очень полезно для меня.

С. БУНТМАН: Скажите, пожалуйста, здесь много спрашивают у нас, есть ли у вас любимый фильм. Ведь понятно, что вы в ту эпоху, когда кинематограф был единый, многого нам не показывали с вами, когда мы учились в разных университетах. Но что вы запомнили из как раз советского кинематографа того времени, есть ли какие-то у вас любимые книги из русской литературы?

В. ЗАТЛЕРС: Конечно, фильм, который всегда запомнился мне, это «Зеркало» Тарковского.

С. БУНТМАН: «Зеркало»?

В. ЗАТЛЕРС: Да.

С. БУНТМАН: Как вам удалось его посмотреть? Его же сняли через неделю тогда.

В. ЗАТЛЕРС: Не знаю, у нас показывали довольно… по-моему, два месяца даже.

С. БУНТМАН: Два месяца? Вам повезло, это в 75 году, насколько я помню.

В. ЗАТЛЕРС: Да.

С. БУНТМАН: 74-75-й.

В. ЗАТЛЕРС: Он не очень рекламировался, но в тот момент я понял, что существует другое кино тоже, так что это фильм, который оставил на меня такое большое влияние в тот момент. Я еще был молодым, конечно.

С. БУНТМАН: Да, а книги какие ваши любимые, если есть?

В. ЗАТЛЕРС: Книги реально я читал в подростковом возрасте, потому что было много времени, других забав не было, можно было читать книги. Если хотите реально русскую, я любитель рассказа, т.е. реально я читал рассказы, потому что в то время это я любил. А сейчас, конечно, ваша драматургия, там она настолько такая своеобразная, что не спутать. Если из несерьезной культуры, то русские детективы.

С. БУНТМАН: Да?

В. ЗАТЛЕРС: Фильмы.

С. БУНТМАН: Понятно.

В. ЗАТЛЕРС: Т.е. трудно сказать, потому что, как говорит моя жена, русскую культуру надо читать на русском. Когда я в первый раз увидел, когда нам в школе рассказывали, что у Пушкина даже была цензура, я не верил тогда. Но когда я дома нашел книгу, реальную пушкинскую, старую-старую, с этими точечками и без некоторых слов, без некоторых строчек, я понял, что это была реальность того времени. Но больше если хотите о культуре, я любитель музыки.

С. БУНТМАН: Вы любитель музыки?

В. ЗАТЛЕРС: Да.

С. БУНТМАН: Какого жанра вы любите музыку, кто ваши любимые музыканты?

В. ЗАТЛЕРС: Практически всю музыку, но если вы хотели именно русскую, конечно, там все великие русские композиторы. Очень интересно, что латышские композиторы, которые в Петербурге учились перед Первой Мировой войной, конечно, имеют очень большое сходство именно по музыкальному вкусу с российскими. Если так сказать, то ничего лучше, как «Картинки» Мусоргского или концерт Чайковского – ну это уникальные вещи.

С. БУНТМАН: Скажите, пожалуйста, нас слушают сейчас и в Москве. Я бы не сказал, что у нас очень серьезное такое представление о латышской культуре. Есть несколько имен, скорее, имен, чем произведений, а что бы вы порекомендовали человеку, который хочет познакомиться с латышской культурой, но не знает ничего?

В. ЗАТЛЕРС: Конечно, у нас есть то, что называется брендом. Мы народ, который поет. Если хочется познакомиться с чем-то очень хорошим – это латышская хоровая музыка, начиная от камерных хоров и кончая тем, что у нас праздник песни: тысячи, тысячи, несколько тысяч поет в одном хоре. Это такое, что немножко уникально для Латвии. Приезжайте сюда.

С. БУНТМАН: Кстати, о приезжать, спрашивают, возможно ли, что когда-нибудь будет безвизовое общение?

В. ЗАТЛЕРС: Я вам отвечу так, саркастично, у нас даже с Америкой нет безвизового режима.

С. БУНТМАН: Сейчас президент Буш рассматривает как раз это для граждан Латвии, рассматривает, для жителей Латвии. Да, я понимаю. Кстати, когда собирается Латвия полностью присоединиться к Шенгенской зоне?

В. ЗАТЛЕРС: Реально – в конце этого года. Конечно, это будет опять большим шагом вперед, я, когда был на границе пару дней назад, смотрели, граница готова к Шенгену, т.е. латвийско-российская граница готова к Шенгену. И, в принципе, все докладывают уже, что не будет препятствий, чтобы это и было. Тут есть опять такая ирония истории, если мы 15 лет назад между Эстонией и Литвой границы строили, переходные пункты строили, границы обозначали, то все сейчас ждут 1 января, когда границ не будет, можно будет восстановить старые дороги, по-прямому идти.

С. БУНТМАН: Да, недолго границы эти.

В. ЗАТЛЕРС: И только 15 лет прошло.

С. БУНТМАН: Но это хорошо.

В. ЗАТЛЕРС: Это хорошо.

С. БУНТМАН: Это не то, чему надо печалиться. Скажите, пожалуйста (у нас остается буквально несколько минут), раз у нас такой откровенный разговор затеялся с нашими слушателями и в Латвии, и в России, скажите несколько слов именно российским слушателям. Что бы вы им хотели сказать, от каких штампов, может быть, стоит освободиться, с каким ощущением, в какую сторону открыть глаза, скажем так, как вы считаете, как президент Латвии, хорошо знающий Россию, насколько я понимаю?

В. ЗАТЛЕРС: Россию хорошо познать очень трудно, она очень большая. Я думаю, что, первое, надо понять, что Латвия – дружественная страна; второе, надо понять, что, как мы начали это интервью, что это открытая экономика и открытое общество. То, что реально, как я всегда говорю, это самая свободная страна, которую я знаю, т.е. все права человека, которые основные права, они здесь осуществляются в полном объеме. И без каких-то ограничений или специальных законов. Конечно, надо понимать, что история, как я всегда говорю, каждая семья, ваши отцы, деды, прадеды, имеют какую-то историческую память, свое горе и свою боль. Она никуда не исчезнет, но есть другие люди, которые также имеют свою историческую память, свою боль, свои потери, может быть. На это не надо смотреть назад, надо смотреть вперед, и смотреть, что мы живем в хорошем мире, что уже война, война как таковое слово не существует, в Европе это не существует. Т.е. существует только один мир. Это и наше будущее. Я пожелаю, чтобы мы наслаждались этим будущим.

С. БУНТМАН: Наслаждаться будущим. Самый последний вопрос, скажите, пожалуйста, когда настанет (в Интернете был), настанет ли такой момент, когда президент России и президент Латвии смогут спокойно где-нибудь посидеть и порыбачить?

В. ЗАТЛЕРС: Очень хороший вопрос – у меня удочки нет. Поэтому надо будет готовиться. Может быть, придет такое время, не будем гадать вперед, будем просто делать свое доброе дело.

С. БУНТМАН: Ну что же, большое вам спасибо, господин президент. Я напоминаю, что в нашем совместном эфире радио «Балтком Радио» 93.9FM и радио «Эхо Москвы» был президент Валдис Затлерс, президент Латвийской республики. Еще раз хотел поблагодарить от имени наших слушателей за внимание к нам, за то, что вы любезно согласились дать нам интервью, фактически это одно из самых первых ваших интервью зарубежным СМИ. Вам большое спасибо, значит, то, что мы начинали в 90-91 году, было не зря, и у нас установились хорошие отношения. Спасибо от имени наших слушателей.

В. ЗАТЛЕРС: Спасибо всем.

 

Рекламная служба

Русского Портала

Tel:

55 48810

E-mail:

info@veneportaal.ee


По всем вопросам сотрудничества обращаться по E-mail: info@veneportaal.ee или по тел: + 372 55 48810

Copyright © 2001-2007 Veneportaal.ee Inc. All rights reserved.